Виталия Ростовцева в цирке называют «человеком, отгадывающим мысли»…
Мало того, что мнемотехник - редчайшая профессия, так еще и жанр музыкальной магии, в котором работают Виталий с женой Инной, уникален: такого номера, как у Ростовцевых, больше нет нигде в мире.
«Каждому предмету соответствует звук»
Постоянные гастроли в основном за рубежом. Застать Ростовцевых в Ростове, а тем более оторвать от работы почти невозможно. Но для «АиФ» Виталий все же нашел время. И сразу огорошил:
- Мысли мы не читаем, это нереально. Отгадываем предметы, имена людей, дату рождения - все что угодно. Инна в плотной повязке на глазах (любой желающий может убедиться в непрозрачности ткани) подходит к зрителю и отгадывает, что за предмет у него в руках: ключи, зажигалка, деньги. Называет даже достоинство и серийный номер купюры. Я при этом стою рядом и наигрываю на синтезаторе джазовую импровизацию, которая звучит почти всегда одинаково. И в этом «почти» кроется наш секрет: каждому предмету соответствует звуковой код.
- Но предметов бесчисленное множество: мало ли что может быть в карманах зрителей. А нот всего семь.
- Букв в алфавите тоже не так много, тем не менее количество слов огромно. Инна улавливает различные сочетания нот. Это и есть искусство мнемотехники - запоминания.
Гипнозу цыган поддаются все
- А как это может помочь отгадать дату рождения или имя человека?
- Ну не могу же я раскрыть все свои секреты! - Виталий задумчиво смотрит на меня, потом вдруг решается: - А ладно, открою кое-что. Я владею гипнозом.
- Но не каждый человек поддается гипнозу.
- Это обычному гипнозу не каждый. А я владею цыганским гипнозом: ему в большей или меньшей степени поддаются все. Его тайна - в повторении определенных слов и жестов, вводящих в транс. При этом вы, не задумываясь, отвечаете, делаете, что вам скажут, а после сеанса ничего не помните. Но о технике этого гипноза не расскажу. Не имею права открывать посторонним тайну целого народа.
- А сами-то как ее узнали?
- В юности влюбился в цыганку, хотел жениться на ней и несколько лет жил с цыганами. Они и научили. Я могу узнать у человека, что мне надо, а потом музыкой рассказать это Инне. Но в основном мы пользуемся мнемотехникой, которой не учат в цирковых училищах. Мои родители были мнемотехниками и начали передавать свое искусство, когда мне было шесть лет. Сейчас без труда запоминаю все, что надо. Могу прочитать вашу газету, а потом слово в слово повторить написанное в ней. Но сказал для примера, чтобы вы поняли возможности человека, владеющего мнемотехникой. При этом расходуется огромное количество сил, как физических, так и психических.
«Своему сыну я такой судьбы не желаю»
- Мечта школьника не учить уроки. Как вы с такой памятью учились в школе?
- Делал только письменные задания. Устные запоминал сразу в классе. Химичка восхищалась моими способностями, хотя я абсолютно не понимал химию! Просто механически заучивал формулы. Попроси она меня хоть что-нибудь объяснить из тех уравнений, что я писал на доске, ей стало бы плохо.
- Наверное, и сына своего учите мнемотехнике?
- Нет. И не буду. Не желаю ему такой судьбы. По многим причинам. Бытовая неустроенность, постоянные переезды. Многих такая жизнь устраивает, а я чувствую себя ущербным человеком. Идти утром на работу, а вечером возвращаться домой - большое счастье. Я лишен этого.
- У вас номер совместно с женой. Она тоже потомственный мнемотехник?
- Ну что вы! Мнемотехники вообще редкость. Она потомственная циркачка. У ее деда было шапито. А мнемотехнике обучил ее я.
- А у вас нет ощущения, что вы занимаетесь своего рода шарлатанством?
- Это просто фокусы. Люди идут в цирк развлекаться. Вот когда такие способности используют, чтобы, например, гадать или людей лечить, - это шарлатанство. А мы не обманываем людей. Мы их удивляем.
Материал опубликован в №13 (569) от 2005-03-29.
Рубрика: ЛИЧНОСТЬ
Все материалы защищены авторским правом, ссылка на "АиФ №13(569)" обязательна.
Загрузка ...