Отец-одиночка

Каждый день Рома Оглы начинается одинаково. Подъем в 7 утра, сборы дочек в школу, прием таблеток прикованным к постели сыном, стирка, уборка…

Список важных дел всегда под рукой: не забыть приготовить обед, сходить на родительское собрание, проверить дневник у младшей, забрать у старшей сапоги на шпильке (все равно ходить на каблуках еще не умеет), в выходные съездить на рынок за продуктами. В уютном доме чистота и порядок. Трудно поверить, что за хозяйку здесь мужчина. Вот уже три года Ром Мустафовичвоспитывает детей один: 16-летнего Артура, 15-летнюю Кристину и 9-летнююСюзанну (на фото).

«Сын прикован к постели, а я - к сыну»

Несчастье пришло в семью Оглы неожиданно. У жены Александры обнаружили рак. О заключении врачей домашним она ничего не сказала, и о страшном диагнозе Ром узнал лишь спустя несколько месяцев, когда запущенную болезнь не решались лечить даже в самых дорогих столичных клиниках. За жизнь Саши Ром боролся до конца, но безуспешно. После смерти жены он наотрез отказался отсылать детей ее родителям в другой город и тем более отдавать в интернат, решив, что сам поставит их на ноги.

Однако вскоре отца-одиночку ждал очередной удар - слег старший сын Артур. Двадцать дней, которые мальчик провел в реанимации, казались вечностью. Артур выжил, но 13-летнему подростку поставили диагноз энцефалит.

- Беда никогда не приходит в дом одна, - говорит Ром Оглы. - Но меня сломить непросто. Это испытание, которое я должен пройти.

Раз в полгода Ром Мустафович ездит с сыном по россий ским больницам: Санкт-Петербургская клиника, изучающая проблемы головного мозга, Московская детская клиническая больница, Институт им. Бурденко, Институт генетики… Дорогостоящее лечение практически не помогает. Но это единственная надежда. К следующей поездке Ром Оглы хочет продать дом, купить поменьше, а на вырученную разницу попытать счастья в очередной клинике. Сейчас общая сумма пособий и выплат на семью не превышает 4 тысяч рублей. Каждый год отец выбивает бесплатные учебники в школе для дочек, каждый месяц - льготные лекарства для сына.

- Я бы работать пошел, - сетует Ром. - Но оставить сына мне не на кого. В любую минуту с ним может случиться припадок. Он прикован к постели, а я к нему. Знаю, и дочкам нелегко. Им материнский совет, ласка нужны… Старшая дочь нео д нократно говорила: «Папа, тяжело тебе, женись». Но кому я нужен с ребенком-инвалидом? У меня в жизни одна цель - выучить дочек, дать им высшее образование и вылечить сына. Если это сбудется, я буду самым счастливым человеком на свете.

Не думать о прошлом

У другого отца-одиночки - Алексея Кондрашевского своя история. С будущей женой Ларисой его познакомил друг. В, казалось бы, счастливом союзе родилась дочь Даша. Однако спустя некоторое время стало ясно, что совместной жизни не получится. После замужества Ларису как подменили: она стала выпивать, гулять. Постоянные скандалы на этой почве вынудили Алексея подать на развод. Лариса же начала пить еще больше, пропадала на всю ночь, оставляя грудного ребенка одного дома. Узнав об этом и о том, что однажды непутевая мамаша напоила полуторагодовалую Дашу водкой, Алексей забрал дочь. В родительский дом он вернулся с маленькой дочкой. Девочке на тот момент не было и двух лет. Сейчас Даше уже восемь. И только год назад Алексею Кондрашевскому с трудом удалось лишить бывшую жену родительских прав. Дело в том, что он инвалид второй группы, еще в армии был парализован, после чего получил тяжелейшие осложнения. Дочку отдали отцу во многом благодаря бабушке Марии Петровне, которая помогает сыну в воспитании Даши. О прошлом в семье Кондрашев ских вспоминать не любят, как, впрочем, и загадывать на будущее. Марии Петровне уже 76, годы берут свое. В помощь государства веры нет. Одной тысячи рублей - пособия по инвалидности и 70 рублей детских хватает только на то, чтобы заплатить за квартиру. Единственная надежда - на ближайших родственников, которые не оставят в беде отца-одиночку.

Невидимки по закону

Ни в Министерстве труда и социального развития, ни в Управлении Министерства образования нет даже приблизительных данных о том, сколько мужчин в Ростове воспитывают детей без участия их мам. «Проблема в том, что понятия “отец-одиночка” не существует в российском законодательстве», - объясняют отсутствие статистики чиновники. А если не прописано в законе, значит, их как бы и нет. В силу отсутствия юридиче ского статуса отцы-одиночки не могут претендовать и на льготы, которыми пользуются одинокие матери. К примеру, если мать-одиночка получает повышенное пособие - 140 рублей, то детские для одинокого отца - только 70.

Скудные данные о папах, воспитывающих детей без участия матери, есть лишь в районных учреждениях социальной защиты. Практически в каждом из них числятся 10 - 15 одиноких отцов. Получается порядка 100 человек на 8 районов. Не много ли людей-невидимок?